Читать онлайн книгу «Пираты. Рассказы о знаменитых разбойниках» бесплатно — Страница 1

Чарльз Элмс

Пираты. Рассказы о знаменитых морских разбойниках

Предисловие

Моряки всех стран испытывают сверхъестественный страх перед пиратами; вряд ли отыщется много таких тем, которые интересовали бы людей и возбуждали их любопытство сильнее, чем отчаянные поступки, грязные дела и дьявольские карьеры этих чудовищ в человеческом обличье. Пиратская команда обычно состоит из отщепенцев и разбойников всех стран и наций. Ремесло пиратов самое опасное, поэтому, когда не бороздят океаны, эти торные дороги человечества, они прячутся на мало кому известных островах или скрываются по берегам рек, заливов и лагун, которые покрыты густым лесом и совершенно безлюдны, а в случае погони бегут в чащу леса или в горы. Острова Индийского океана, а также восточное и западное побережья Африки и Вест-Индии в течение многих веков были излюбленным пристанищем пиратов. Они часто захватывали суда в акватории Атлантического и Индийского океанов, убивали членов команды и пассажиров, забирали себе деньги и самые ценные грузы и топили захваченный корабль, чтобы уничтожить следы преступления, заставляя друзей и родственников погибших оплакивать их судьбу. Всем было известно, что они погибли от рук соотечественников, которые, исповедуя заповедь «Мертвые молчат», продолжали безнаказанно творить свои черные дела. Пираты обожают женщин и вино; сидя на берегу, возбуждают себя горячительными напитками и устраивают дебоши, распевая старые пиратские песни; припев одной из них звучит так:

Осушим стаканы, кто рядом сидит.

Гори все на свете огнем!

Пусть небо ворчит, пусть дьявол рычит,

Осушим и снова нальем!

Часы отдыха пролетали в диких и экстравагантных выходках, среди густых пальмовых зарослей и пряных рощ тропического пояса, наполненных ароматами прекрасных цветов. Пираты угощались фруктами изумительного вкуса и развлекались с наивными дочерями Африки и обеих Индий. Можно было подумать, что их ремесло приносит им одни лишь удовольствия.

Но смутная тревога и дурные предчувствия, когда пирата вдруг охватывали угрызения совести, были очень сильны, ибо в душе каждого человека, цивилизованного или дикаря, живет моральное чувство, которое осуждает его, когда он совершает насилие, даже если он попадает в ситуацию, когда наказать его может только Бог.

Со словом «пират» ассоциируются также представления о богатой добыче, ларцах с драгоценными камнями, сундуках, набитых золотыми вещами, мешками монет, спрятанных в тайниках, в не доступных никому местах или зарытых на пустынном берегу реки или неисследованном морском побережье, под скалами или деревьями, которые помечены таинственными знаками, подсказывавшими, где хранится сокровище. Пираты всегда стремились спрятать или зарыть свою добычу, но, поскольку их жизнь была полна опасностей и они частенько погибали или попадали в плен, почти никто из них не появлялся на этом месте снова. Огромные сокровища оставались лежать в земле, и след их часто терялся. Многие люди пытались отыскать эти сокровища; они без устали копали землю, предвкушая, как лопаты начнут выбрасывать на поверхность золотые слитки, алмазные кресты и сумки с золотыми дублонами или наткнутся на крышку сундука, набитого мойдорами (старинными португальскими монетами), дукатами и жемчугом. Да, земля хранит много зарытых сокровищ, но мало кому удается их отыскать.

Вступление

По нормам международного права всякий разбой или насильственное ограбление в открытом море, animo furandi, квалифицируется как пиратское действие. Понятие «открытое море» включает в себя не только воды океана, границы которых не видны с берега, но и прибрежные воды ниже отметки максимального отлива как в пределах территориальных границ иностранного государства, так и своей родной страны. Блекстоун утверждает, что открытое море начинается за отметкой максимального отлива. Но между отметками максимального прилива и максимального отлива общее право и адмиралтейское право имеют divisium imperium, то есть альтернативную юрисдикцию: первому подлежат все воды во время прилива, а второму – суша, обнажающаяся во время отлива. Без сомнения, он имеет в виду воды океана, омывающие берег этого океана, а не берега рек и заливов. Лорд Хейл считает, что внутренним морем называется водное пространство, лежащее внутри страны либо за ее пределами. Открытым морем или океаном считается то, что лежит вне ее пределов. Таким образом, для Соединенных Штатов понятие «открытое море» означает часть океана, которая омывает побережье, находящееся за пределами какой-либо страны, согласно общему праву; а для других стран – любое водное пространство, омывающее берега этих стран, за пределами отметки максимального отлива.

Пиратство – это преступление против законов человечества, а пират, по определению Эдварда Кока, hostis humani generis (враг всех людей). Поэтому он лишается всех благ, даруемых обществом и правительством, и возвращается в состояние дикаря, поскольку объявил войну всему человечеству. Человечество в ответ должно объявить войну ему, так как каждое сообщество имеет право, по закону о самообороне, подвергнуть его такому наказанию, которому обычно подвергают дикарей, то есть распорядиться его жизнью и имуществом по своему собственному усмотрению. По законам Англии и США пиратством считаются и другие преступления. Так, если подданный одной из этих стран совершит в открытом море враждебное действие по отношению к другому их подданному, будучи нанятым для этой цели каким-нибудь иным государством, то это квалифицируется как пиратство. Если капитан какого-нибудь судна или моряк уведет насильственным образом судно, товары другого лица или добровольно отдаст их в руки пиратов или если моряк совершит насилие по отношению к своему командиру, в надежде помешать ему защитить свой корабль или вверенные ему грузы от нападения, или поднимет на корабле мятеж, то эти действия, по закону США и Англии, тоже считаются пиратскими. В Англии по указу № 8 Георга I, глава 24, торговля или переписка с известным пиратом или насильственное вторжение на борт торгового судна (хотя и без его захвата или увода), а также уничтожение любого груза на борту считаются пиратским актом. По указу № 18 Георга II, глава 30, любой уроженец страны или натурализовавшийся иностранец, который в годы войны совершит какое-нибудь враждебное действие в море против любого подданного этой страны или окажет в этом помощь врагу, должен быть наказан как пират. Согласно статье 25 указа Георга II, взятие выкупа с судна нейтрального государства, захваченного капитаном частного военного судна, квалифицируется как пиратство. Согласно акту конгресса США от 30 апреля 1790 года, человек, совершивший убийство или ограбление в открытом море, в реке, заливе или бухте, находящихся под юрисдикцией какого-нибудь штата, или какое-нибудь другое преступление на территории графства, которое, по законам США, карается смертью, то он будет подвергнут наказанию как пират. Согласно закону конгресса США 1820 года, статья 113, любой гражданин США, входящий в состав команды иностранного судна, или человек, входящий в состав команды судна, целиком или частично принадлежащего какому-нибудь гражданину этой страны, принимающий участие в иностранной торговле рабами, должен быть судим как пират. Однако, невзирая на выражение, которое используется в этом указе, как утверждает канцлер Кент, этот вопрос еще до конца не улажен. Будущее покажет, будет ли участие в торговле рабами квалифицироваться в Кодексе международного права как пиратство. В Англии актом парламента от 31 марта 1824 года торговля рабами признается пиратством. Была предпринята попытка заключить конвенцию между США и Великобританией, согласно которой обе страны признают подобную торговлю пиратской деятельностью, но она оказалась неоднозначной. Во времена короля Ричарда III, по законам Оберона, пиратами считались все неверные, а их имущество подвергалось конфискации, где бы его ни обнаружили. По законам наций, отнятые пиратами товары не считаются их собственностью, а остаются собственностью владельца. Согласно гражданским установлениям Испании и Венеции, суда, захваченные у пиратов, переходят в собственность того, кто это сделал. Пиратская деятельность везде преследуется по закону и карается смертью, и пираты не получают никаких прав на захваченное добро. Судьям, ведущим процесс по делу о пиратстве, совершенно безразлично, кем и где был совершен пиратский захват. Пирата могут судить и наказать в любой стране, где бы его ни обнаружили, ибо он не защищен никакими законами. Но если, согласно указу правительства какой-нибудь страны, преступление, совершенное на борту принадлежавшего этой стране судна, относится к категории пиратских, то это преступление наказывается исключительно по законам того государства, которое издало такой указ. В Англии дела о пиратских преступлениях рассматривали только суды адмиралтейства, в которых не было присяжных заседателей, а преступников судили по законам гражданского права. Но указом Генриха VIII, статья 15, было установлено, что пиратов должны судить комиссионеры, назначенные лорд-канцлером. Вердикт сначала выносился большим жюри из двенадцати человек, после чего дело передавалось другому жюри, как того требовало общее право. Среди комиссионеров всегда было несколько судей общего права. В США дела пиратов рассматривает выездная сессия окружного суда.

Пиратство появилось в глубокой древности; в ту пору все небольшие морские государства занимались морским разбоем и плавания были очень опасными. Это занятие считалось таким привычным, что на него не обращали особого внимания, а все путники – не важно, кем они были: купцами, путешественниками или пиратами, – пользовались законами гостеприимства. Так, Нестор, угостив на славу Ментора и Телемаха, говорит, что теперь, когда пир завершен, настало время спросить у гостей, чем они занимаются. «Кто вы, – спрашивает стареющий государь, – купцы, плывущие в какой-нибудь порт, или простые авантюристы, или пираты, которые бороздят моря безо всякой цели и живут наживой и разрушением?»

Датские и норманнские пираты

Саксы, которые, по-видимому, ведут свое происхождение от кимров, объединив рыболовный промысел с пиратским, с древнейших времен совершали грабительские набеги на берега Северного моря. В течение нескольких веков они опустошали побережье Галлии и Британии. В середине V века миролюбивый король Британии Вортигерн принял роковое решение обратиться к этим жестоким воякам с просьбой избавить его страну от разорительных набегов скоттов и пиктов, результатом чего стал поход Хенгиста и Хорса. Мы заговорили об этой эпохе не потому, что она имела большое политическое значение, а из-за последствий, к которым привели пиратские набеги, ибо их успехи внушили всем северным народам мысль заняться морским разбоем. Самыми активными в этом деле были датчане, норвежцы и шведы, умелые и храбрые мореплаватели. К какому бы берегу ни прибивали их ветры, они уносили все, что попадалось им под руки. Кнуд IV попытался было укротить своих подданных, но это ему не удалось. Более того, его действия так разъярили морских разбойников, что они решили его убить. Король Швеции, захваченный в плен датчанами, дал своим подданным, которые того пожелают, разрешение вооружаться против своего врага, грабить его имущество и продавать его в Рибнице и Голнице. Эти два города сделались самым настоящим рассадником пиратов, которые приняли название «Викталийские братья» и превратились в такую грозную силу, что несколько князей вынуждены были пойти на них войной и повесить вождей этих «братьев».

Эпидемия морских разбоев захватила даже женщин, которые с гордостью предались опасностям этого промысла. Интересную историю об одной такой женщине рассказал нам Саксон Грамматик. Альвида, дочь готского короля Си-нарда, желая избежать брака с Альфом, сыном датского короля Сигара, к которому ее принуждали силой, решила стать морской разбойницей. Облачившись в мужское платье, она набрала команду молодых женщин, прославившихся своей храбростью, и отправилась с ними в море. Все эти дамы тоже носили мужское платье. В первом же своем плавании она высадилась на берег, где морские пираты оплакивали гибель своего командира; их так поразили решительность и приятные манеры Альвиды, что они единодушно избрали ее своим вожаком. С этими разбойниками она обрела огромную силу, и принцу Альфу были велено разбить ее отряд. Она с большой храбростью и умением отбила все его атаки, но во время жестокой битвы в Финском заливе отряд Альфа взял ее корабль на абордаж, уничтожил большую часть команды и захватил капитана, то есть ее саму. Альф ее не узнал, поскольку она была в шлеме. Сняв его, принц был изумлен, увидев свою возлюбленную Альвиду. По-видимому, его доблесть произвела на прекрасную принцессу такое впечатление, что она согласилась стать его женой и обвенчаться прямо на палубе. После этого она разделила с ним его трон и все богатства.


Альвида, женщина-пират

Карл Великий, которого обычно изображают великодушным и гуманным, вздумал мечом навязать Германии те религиозные принципы, которыми он руководствовался; его жестокие казни и убийства, сопровождавшие этот поход, потрясли всю Европу. Самые воинственные язычники бежали в Ютландию, на родину саксов, где их приняли с радостью и снабдили оружием. Язычники принялись мстить Карлу Великому, совершая набеги на берега его государства. Сильнее всего страдали от них приморские города Франции. Французы называли этих разбойников норманнами, или северными людьми. На севере Франции к ним присоединилось множество недовольных правлением Карла людей, и вся провинция получила название Нормандия. Карл Великий, разозленный набегами норманнов, не только построил крепости в устьях крупных рек, но и решил создать флот. Он состоял из 400 самых крупных галер своего времени; на некоторых было до пяти-шести рядов весел. Однако его люди были совершенными невеждами в морском деле. Карл велел обучить их, но вскоре ему пришлось все бросить и поспешить на юг, куда вторглись сарацины.

Несколько лет спустя другой отряд норманнов, в поисках новых мест для жизни или сгорая от желания отомстить за своих предков, вторгся в южные провинции Франции. Потомство Карла Великого к тому времени уже измельчало и страдало от постоянных раздоров, что сильно облегчало задачу норманнам. Людовик Дебонар прилагал все усилия, чтобы поддерживать с ними добрые отношения. Каждый год ему удавалось убедить некоторую часть норманнов принять христианство, после чего отправлял их домой с богатыми дарами. Вскоре выяснилось, что эти норманны стали приезжать во Францию и неоднократно принимали крещение, чтобы получить подарки короля, как сообщает нам Дючези. После смерти Людовика его сыновья разделили империю отца на части, и пираты не преминули этим воспользоваться. Почти каждое лето они выходили в море на своих легких рыбачьих лодках, поднимались вверх по Сене, Сомме и Луаре и опустошали, почти не встречая сопротивления, самые богатые провинции Франции. В 845 году они захватили и разграбили Париж и уже готовы были атаковать лагерь короля в Сен-Дени, но, получив большие деньги от Карла Лысого, ушли и разорили Бордо при поддержке Пепина, короля Аквитании. Через несколько лет эта разбойничья орда снова вторглась во Францию, разграбила Париж и сожгла большое аббатство Сен-Жермен де Пре. В 861 году Вайланд, знаменитый норманнский пират, возвращаясь из Англии, остановился на зимовку на берегах Луары, опустошил всю округу вплоть до Турени, отдал захваченных в плен женщин и девушек своим солдатам и даже увел с собой мальчиков, чтобы вырастить из них новых пиратов.


Пираты сбрасывают монаха со стен аббатства

Карл Лысый, не имея сил бороться с ними, заплатил Вайланду 500 фунтов серебра, чтобы тот прогнал своих соотечественников, грабивших окрестности Парижа. В результате этого Вайланд с флотом в 260 парусов поднялся вверх по Сене и атаковал норманнов на острове Уазель. После долгого и упорного сопротивления им пришлось сдаться, и, заплатив 6000 фунтов золота и серебра в качестве выкупа, они покинули Францию, присоединившись к своим победителям.

Ремесло пирата, приносившее такие доходы, сделалось очень популярным, и число их постоянно возрастало. Под командованием «короля морей» Эрика они высадились на берегах Эльбы и Везера, разграбили Гамбург, проникли в глубь Германии и, выиграв две битвы, ушли, захватив огромную добычу. Усилившись, они продолжали опустошать Германию, Францию и Англию; некоторые проникли даже в Андалузию и Этрурию, где разрушили процветавший город Люни. Шведы, спустившись по Днепру, добрались до Руси.

Тем временем датчане сделали несколько попыток закрепиться в Англии, которая привлекала их своим плодородием. Они совершили несколько походов в Англию, часть которых оказались успешными, а часть потерпела полный провал. Наконец, после нескольких лет борьбы они добились успеха, и королю Альфреду пришлось отдать им свою страну на разграбление. Сразу же после этого они напали на Ирландию и разделили ее на три суверенных государства: Дублин попал под власть Олауфа, Уотерфорд – Ситриха, а Лимерик – Йивара. Завоевание Ирландии ослабило силы врага, и, воспользовавшись этой возможностью, Альфред вывел свою армию, обрушился, словно молния, на датчан и устроил им кровавую бойню. Этот король, слишком мудрый, чтобы уничтожить пиратов до конца, поселил их в Нортумберленде, разоренном их же соотечественниками, и своей гуманной политикой завоевал их признательность; они стали ему служить. Альфред отвоевал Лондон, укрепил его, снарядил флот и, подчинив себе датчан, живших в Англии, не позволил другим высаживаться на ее берегу. За двенадцать лет мира, который наступил после шестидесяти шести битв, этот великий король составил свод законов, разделил Англию на графства, сотни и десятки, и основал Оксфордский университет. Но после смерти Альфреда берега Англии снова подверглись нападению пиратов, среди которых самыми грозными были датчане, более сотни лет сеявшие ужас и разорение на берегах Темзы, Мидвея, Северна, Тамара и Эйвона. Власти пытались сдержать их с помощью крупных взяток, для выплаты которых был введен налог, получивший название Датской деньги. Этот унизительный и тяжелый налог, подобно многим другим, взимался еще очень долго после того, как надобность в нем отпала.

В конце IX века один из сыновей Ронгвальда, графа Оркадского, по имени Хорольф, или Ролло, постоянно тревоживший побережье Норвегии своими набегами, был наконец разбит и изгнан Гарольдом, королем Дании. Ролло нашел приют на скандинавском острове Содеро, где обитало множество преступников и беглецов. Угадав их желания, он сумел подчинить их себе. Вместо того чтобы снова скрестить мечи с королем, он пошел по следам своих соотечественников и принялся грабить самые богатые области Северной Европы. Первое нападение его банда совершила на Англию, но, увидев, что с Альфредом ему не справиться, он отошел в устье Сены и решил воспользоваться слабостью французов. Хорольф, однако, не ограничился захватом добычи; ему захотелось навсегда поселиться в прекрасной стране, которую он ограбил, и после многих договоров, заключенных и нарушенных, получил от Карла Простоватого в качестве ленного владения герцогство Нормандию, а также Гислу, дочь французского монарха, на которой и женился. Так простой пират основал династию, члены которой некоторое время спустя стали королями Англии, Неаполя и Сицилии, а слава об их талантах и доблести разнеслась по всему миру.

Однако Европа подвергалась набегам не одних только северных пиратов. Мусульмане в Азии, захватив Сирию, сразу же вторглись в Африку, а последовавшее за этим завоевание Испании способствовало их вторжению во Францию. Они грабили покоренные страны, лишь изредка получая сокрушительный отпор. Мусульманские корсары, хозяйничавшие в Средиземном море, совершали набеги на берега Италии и даже угрожали погубить Восточную Римскую империю. Пока император Алексей воевал на берегах Дуная с Пацинасом, Заха, сарацинский пират, захватил архипелаг, построив с помощью одного жителя Смирны флотилию из сорока бригантин и множества легких весельных лодок, которыми управляли такие же авантюристы, как и он. Овладев рядом соседних островов, он объявил себя государем Смирны, которая лежала в центре приобретенных им владений. Здесь он царствовал какое-то время, и его дружбы добивался Сулейман, никейский султан, сын великого Сулеймана. Около 1093 года он женился на дочери Захи, но на следующий год молодого Сулеймана убедили в том, что тесть положил глаз на его владения, и он собственноручно вонзил Захе кинжал в сердце. Успехи этого флибустьера показали, что восточные императоры не могли не только защитить свои собственные острова, но и помочь им.

Морское дело быстро совершенствовалось, и успехи пиратских экспедиций, особенно в тех случаях, когда они маскировались под торговые плавания и в их организации принимали участие купцы, привели к тому, что пиратством занялись состоятельные люди из известных семей. Особенно много таких людей было среди венецианцев и генуэзцев. Предприимчивые авантюристы из Генуи и Венеции, раздобыв оружие, поступали на службу к тем странам, которые не стеснялись их нанимать, или сами совершали набеги, если знали, что добыча окупит все их затраты. Примерно в то же самое время европейцы узнали о русских, которые отметили свой дебют в истории пиратскими набегами на Константинополь, который они мечтали разграбить. Спустившись по Борисфену (Днепру) на сотнях лодок, русские менее чем за два столетия совершили четыре попытки опустошить город цезарей, и прогнать их сумел только знаменитый греческий огонь.

Англичане в ту эпоху почти не занимались пиратством; не было у них и того, что достойно было бы называться флотом. Тем не менее Ричард Львиное Сердце даровал Европе морские законы. Английские моряки своим мастерством превосходили моряков всех других стран, и король Иоанн издал указ, который гласил, что иностранные суда, отказавшиеся спустить свои флаги перед британскими, становятся законной добычей англичан, если те сумеют их захватить. При короле Генрихе III, невзирая на то что Хью де Бург, комендант Дуврского замка, разгромил французский флот, повелев бросить известковую пыль в глаза своих противников, морские силы были ослаблены до такой степени, что норманнские и бретонские пираты оказались слишком сильными для Пяти портов и вынудили их искать помощи у других портов королевства. Желание грабить стало таким распространенным и заразительным, что разные страны разрешили своим жителям заниматься каперством, но каперы быстро превратились в самых жестоких пиратов. Более того, в борьбе Генриха и его баронов жители Пяти портов, которые обращали мало внимания на приказы короля, в 1244 году открыто встали на сторону мятежных баронов и по приказу Симона де Монфора сожгли Портсмут. После этого, позабыв, зачем они взяли в руки оружие, мятежники из Пяти портов перешли к открытому пиратству и, заботясь только о своих личных интересах, стали грабить не только иноземные корабли, которые имели несчастье попасться им на пути, но и суда своих сограждан. И это касалось не только пиратских кораблей, на которых выходили в море жители Пяти портов; их пример оказался заразительным для всякого рода авантюристов, и одна наглая компания на побережье Линкольншира захватила остров Или, превратив его в склад награбленного в соседних графствах добра. Человек по имени Вильям Маршалл построил на маленьком острове Ланди, расположенном в устье реки Северн, крепость и так досаждал всем своими пиратскими набегами, что для его захвата была послала целая эскадра. Вильям был схвачен и казнен в Лондоне, однако это не отвратило других от занятий морским грабежом. Король не имел достаточного количества кораблей для того, чтобы разгромить многочисленный пиратский флот, и разбойные нападения пиратов еще более двадцати лет позорили имя англичан. И только мужество и настойчивость храброго принца Эдуарда сумели привести их к повиновению, которого так и не смог добиться его царственный родитель.

Походы, получившие название Крестовых, могли бы покончить с пиратством, если бы тот сброд, из которого состояли войска крестоносцев, не был бы таким же беспринципным, как и самые худшие из пиратов. С тех пор как Петр Отшельник воспламенил своими речами Европу, люди всех сословий и всех национальностей устремились на Восток; все суда были заняты только тем, что перевозили толпы разношерстного народа, жаждавшего попасть в Палестину: кто из религиозного рвения, кто из фанатизма, кто из желания выделиться, кто из стремления получить привилегии, которые полагались крестоносцам, а остальные (их было больше всего) – ради наживы и грабежа. Армии, которые совершили не меньше девяти походов, снаряжались в большой спешке и очень небрежно, да и брали в них кого попало, поэтому нет ничего удивительного в том, что они отправлялись в путь с большой задержкой, что многие суда затонули по пути и, в конце концов, вся эта затея потерпела крах. Тем не менее эти походы, во время которых гигантские массы людей отправлялись в неизвестные им страны, способствовали прогрессу цивилизации, хотя большая часть крестоносцев сложила на Востоке свои головы. И тот, кто утверждает, что пользы от этих походов не было никакой, все-таки не станет отрицать, что от некоторых зол удалось избавиться. Монтескье писал, что Европа нуждалась в сильном шоке, который на примере контрастов научил бы ее теоремам общественной экономики, приводящим к счастью. И не может быть никаких сомнений, что эти походы, сильно уменьшившие население Европы, разбазарившие ее богатства и заразившие европейцев новыми болезнями и пороками, ослабили цепи феодальной системы, усилив власть короля и общин. Кроме того, после этих походов резко возросла торговая деятельность европейцев, ярость человеческого духа была укрощена, сельское хозяйство стало безопасным и более продуктивным, что создало фундамент для настоящего процветания.



Приключения и подвиги капитана Эвери

В этой главе рассказывается о том, как он захватил большой могольский корабль, нагруженный сокровищами, а также о колонии пиратов на острове Мадагаскар.

В те времена, когда капитал Эвери был еще жив, рассказы о его приключениях ходили по всей Европе. Говорили, что он женился на дочери Великого Могола, которую захватил вместе с индийским кораблем, попавшимся ему на пути, и собирался основать новую монархию. Он раздавал от своего имени приказы капитанам кораблей и командующим войсками, которые признавали его своим принцем. В результате этого было решено снарядить сильную эскадру, чтобы захватить Эвери в плен вместе со всеми его людьми; в другой раз предлагали пригласить его домой со всеми его богатствами, обещав ему прощение от имени его величества. Однако вскоре выяснилось, что рассказы о богатстве капитана Эвери совершенно не соответствуют истине, а он сам, не имея за душой ни гроша, буквально умирал от голода, в то время как молва приписывала ему обладание миллионами. Но не будем испытывать терпение читателей и томить их неизвестностью, а лучше вкратце расскажем о жизни капитана Эвери.

Он родился в Девоншире (Англия) и ушел в море в очень раннем возрасте; продвинувшись по службе до помощника капитана на торговом судне, совершил несколько плаваний в дальние края. Это было еще до Рисвикского мира, когда Испания, Англия, Голландия и другие страны заключили союз против Франции. В ту пору французы, жившие на Мартинике, вели контрабандную торговлю с испанцами на территории Перу. Чтобы помешать им, было послано несколько судов, которые курсировали у берегов Перу, но французские корабли оказались им не по зубам; поэтому испанцы решили для борьбы с ними нанять иностранные суда. По их просьбе бристольские купцы снарядили два корабля с тридцатью орудиями на каждом, набрали опытных моряков, снабдили их всем необходимым и отправили в Корунну, где они должны были получить приказы от испанцев.

1 2 3 4 5 6 7


www.litlib.net

Сказка про пиратов для детей Сизый Джо и Воробей

Современные пираты… Они мало чем походят на тех, которых изображают на страницах детских книжек. У них большие лодки с мощными жужжащими моторчиками; одежда, купленная, или скорее украденная из обыкновенных магазинов; телефоны, компьютеры… Нет, пожалуй, все же есть одно сходство – как и пираты из прошлых эпох, их современные последователи очень любят все яркое, блестящее и дорогое. Обычно, пираты надевают на себя много крупных украшений, желая поважничать друг перед другом. «Чем больше золота – тем больше пиратской удали», так обычно говорят эти ребята между собой.


В тот самый день, когда случилась упоминаемая нами история, пират по кличке Сизый Джо сидел в просторной каюте роскошного быстроходного катера, и раздумывал, куда бы отправиться со своей верной командой, ближайшим вечером. На его руке, подпиравшей подбородок с густой сизой бородой (отчего, кстати, пират и получил свою кличку), огнем поблескивал кровавый рубин, снятый с какого-то заезжего на свою беду в эти края путешественника.

Вдруг раздался стук в дверь, три быстрых удара и спустя время еще один. Сизый Джо недовольно обернулся и рявкнул «Войдите!». На пороге каюты появился маленький плешивый матрос, который только-только прибился к пиратам.
Чего тебе? – спросил Сизый Джо, уже предвкушая, как сможет проучить новичка за невежество.
Капитан, — робко начал морячок, — только что вам пришла почта.
Какая еще почта? – удивился капитан. – Мы в десяти милях от берега.
Так, это воробей принес письмо.
Воробей? – Сизый Джо усмехнулся, — Ты что парень начитался детских книжек? Помнится, в былые времена почтовые голуби доставляли письма. Или попугаи… Вот у моего прадеда был такой попугай по кличке… А, впрочем, неважно! Оставь свои глупости и закрой дверь с обратной стороны. Будешь драить это корыто целую неделю в одиночестве.
Но, капитан! – обеспокоенно пролепетал матросик, — Так что мне делать с письмом? Здесь ваше имя?
С каким письмом? – снова не понял Сизый Джо.
Ну я же говорю, воробей в клюве принес письмо. Вот оно, —матросик протянул капитану конверт из пожелтевшей папирусной бумаги.
Капитан выхватил из его рук письмо и жестом приказал надоедливому новичку уйти.

Когда дверь закрылась, Сизый Джо внимательно посмотрел на конверт. И в самом деле, кроме его собственного имени, а точнее клички «Сизый Джо». Никаких других пометок на конверте не было. Капитан вытащил из кармана складной испанский ножик «наваха», и аккуратно вспорол обертку. На стол выпал клочок бумаги, сложенный вдвое. Также, как и конверт, бумага для его содержимого была использована такая старая, что едва не рассыпалась на части.

Сизый Джо медленно развернул листок. На нем была изображена карта знакомой местности. Вот группа его родных крошечных островков, каждый из которых может уйти под воду в ближайшие сто лет. Вот место, называемое здешними «Акулья пасть». Эти свирепые существа в последние годы расплодились так, что даже на лодке человек уже не может чувствовать себя в безопасности. «А это еще что?». Капитан поднес бумагу к глазам так близко, как это было возможно, вдыхая широкими ноздрями пряно-горелый аромат, исходивший от письма.

В нескольких морских милях от Акульей пасти, на карте был обозначен маленький островок, а на нем – сундук, который без сомнения мог означать только одно. Но Сизый Джо хорошо знал, что никакого острова в этих водах нет. Конечно, он уже много лет не плавал через Акулью пасть. Но разве могло что-то перемениться в океане за это время? Ведь суша просто так не вырастает из воды!

Усмехнувшись в кулак, и решив, что все-таки придется проучить новичка – матроса, Сизый Джо отложил бумагу в сторону. В это самое время за его спиной, что-то звякнуло о маленькое окошко каюты. Капитан обернулся. Снаружи за матовым стеклом, расправив свои серо-бурые крылья, в воздухе висел воробей.Сизый Джо встал со своего кресла и обогнув старинный диван, украденный из хранилища местного музей, подошел к окну. Воробей не шевелился. Или… вероятно, он все же перебирал крыльями, потому как просто так висеть в воздухе не может никто. Но, толи делал он это слишком быстро, толи кто-то сверху поддерживал его за веревочки… Словом, впечатление создавалось самое таинственное.

Капитан открыл окно. Свежий морской бриз тут же наполнил затхлую каюту. Вместе с порывом ветра в каюту влетел и воробей. Сделав несколько плавных, совсем не воробьиных кругов по комнате, он важно уселся в самый центр письменного стола и выпучил на капитана свои маленькие глазки.
Сизый Джо несколько секунд наблюдал за этой странной картиной, а потом будто смахнув с глаз навязчивое видение, замахал на воробья руками:
Пшла прочь, глупая птица! Тебя еще не хватало! Ну доберусь я до этого матроса, с его шуточками! Шкуру спущу!
Воробей все еще не шевелился, казалось, внимательно слушая капитана. А когда тот занес свою огромную ручищу, больше походившую на лапу медведя, чтобы согнать птицу со стола, воробей вдруг проговорил:
Не очень-то любезно ты встречаешь того, кто готов показать тебе величайшее в мире сокровище.

Рука капитана так и застыла в воздухе. В этот момент, судно слегка покачнулось, и капитан как был, не меняя положения, рухнул на удачно подвернувшийся диван.

Больше воробей не говорил. Молча они долго смотрели друг на друга, пока наконец, Сизый Джо не обрел дар речи:
Никогда больше не буду мешать зеленый эль с этой кокосовой гадостью! Мерещится потом Бог весть что.
Воробей вздохнул. Если вы никогда не слышали, как вздыхают птицы, то поверьте, это нисколько не отличается от того, как вздыхаем мы с вами. А потом, снова заговорил:
До чего же глупый народец пошел. Еще лет триста назад твой пра пра пра пра… прадед, не знал, как отблагодарить меня за такой подарок. Сделал главной корабельной птицей – своим помощником. Брал везде с собой. Эх, что было за время.
Ты знал моего пра, пра…? И… Нет, ты что умеешь говорить? – Сизый Джо наконец решил, что эль и кокос здесь ни при чем.

Воробей снова вздохнул, — хорошо. Давай по порядку. Но, право слово, сколько же времени нужно, чтобы вдолбить человеку в голову какую-то идею. А между тем, могли бы уже мчаться на всех парусах к острову. Да, я знал всех твоих дедов, начиная с самого первого, бороздившего эти воды очень – очень давно.

Кто ты такой? – спросил капитан, рассматривая птицу уже, скорее, с интересом, нежели с опаской.
Называй меня просто, Воробей, — ответил воробей. – Много вопросов, мало дела. Отвечай сейчас же и не трать мое время, согласен ли ты отправиться к Безымянному острову и получить свои законные несметные богатства?
Конечно, — ответил Сизый Джо, и в глазах его тотчас же загорелся алчный огонек. – Ты сказал, что это мои законные богатства?
Да, — кивнул Воробей. – Вот уже много лет я храню их и передаю от поколения к поколению. Вот когда твой дед…

Сизый Джо уже не слушал птицу. Со всех ног он стрелой вылетел из каюты, и поднявшись наверх, принялся раздавать своим матросам указания. Вычислить координаты острова по карте не составляло большого труда, особенно, если учесть, что дело было почти в нашем с вами времени, напичканном различными гаджетами и корабельными примочками. Смущала только Акулья пасть, но Сизый Джо, одержимый жаждой, так чудесно свалившейся на голову наживы, даже и не думал бояться.

Спустя несколько часов, на закате судно вступило в воды Акульей пасти. То и дело над поверхностью мелькали темные как морская бездна, спины кровожадных существ. Некоторые из них были так велики, что, задевая своими хвостами катер, наклоняли его, грозясь перевернуть и сбросить пассажиров в воду.

Сизый Джо приказал матросам держать оружие наготове и, в случае чего, стрелять по рыбинам без раздумий. После того, как несколько пуль со свистом рассекли воду, акулы будто бы затихли. Вскоре опасный участок остался позади.

Капитан вернулся в каюту, только когда океан и небо слились в единый черный клубок. Ни одной звезды не было видно в эту безлунную ночь. Воробей все еще сидел неподвижно на капитанском столе.
Акулья пасть позади, — сообщил Сизый Джо. Голос его звучал так серьезно, что, если бы кто-то оказался случайным свидетелем сцены, наверняка бы подумал, что капитан выжил из ума, разговаривая с птицей.
Воробей медленно повернул на капитана свою крошечную голову:
И теперь тебе наверняка интересно, как попасть на остров, о существовании которого ты даже не подозревал?
Капитан кивнул.
Секрет в том, что, остров открывает себя только тем, кто соглашается принять его сокровища.
Я согласен! Согласен! – заорал капитан.
Да, но ты должен быть уверен. Подобно тому как твой дед и прадед, и прапрадет и…
Сизый Джо снова не дослушал, — Говори, как мне попасть на остров! Не было еще в мире случая, чтобы я не знал, как обращаться с бриллиантами!
Это верно… Бриллианты… — птица замолчала, словно обдумывая что-то. – Ну хорошо. Если ты уверен. Ведь никто не принуждал тебя. И решение это обдуманное… Скажи свои матросам, чтобы заглушили мотор.
Капитан сбегал наверх, и вскоре рев мощного двигателя стих.

Он спустился обратно в каюту и с нетерпением спросил, — Ну а дальше-то что?
Дальше ничего, — ответила птица. – Прикажи матросам идти спать. И ложись сам. Океан вынесет катер. Только смотри, без обмана, иначе ничего не выйдет.

Сизый Джо не очень хотел оставлять судно в открытом океане без надзора. Шторма в этих водах случались довольно часто. Но ему так хотелось получить несметные богатства, что об осторожности можно было уже не думать. Как и говорил Воробей, он приказал команде идти отдыхать, сославшись на то, что сам станет у руля.

Через мгновение морская тишина разразилась храпами всевозможных тональностей. Вскоре и капитан погрузился в дремоту. Ему снились сундуки, полные золота и бриллиантов, новый катер, который был аж в четыре раза больше нынешнего, оснащенный самой передовой навигационной системой, позволяющей без труда распознавать туристическое судно в радиусе многих морских миль, а еще… Об этом капитан мечтал много лет. Еще ему снилось такое устройство, которое позволяет глушить моторы чужих лодок. Это во многом облегчало обыкновенную пиратскую погоню, хоть и делало ее менее волнительной.

…Сильный толчок заставил Сизого Джо открыть глаза. Казалось, будто катер врезался во что-то твердое. Капитан побежал на палубу и тотчас убедился в своем предположении. Перед ними стояла скалистая гряда, словно хребет морского гада, возвышавшаяся над водой. Вдалеке на горизонте виднелись очертания острова.

Пробоина в корме оказалась довольно серьезной. Никогда раньше подобного не случалось с капитаном. Он ходил по этим водам, сколько себя помнил, и мог похвастаться, что лучшего мореплавателя чем он, не сыскать во всех южных морях. Но теперь катер стремительно погружался на дно. И с этим уже ничего нельзя было поделать.

Сизый Джо разбудил команду своим громогласным рыком и приказал готовить надувные лодки и самое ценное для эвакуации. Когда последний матрос, тот самый, что еще вчера принес капитану таинственное письмо, сел в лодку, катер забурлил и воды Индийского океана поглотили его.
В процессе всех этих сборов, капитан совсем забыл про Воробья и вспомнил только теперь, когда злоба и ярость переполнили его до краев. Как он мог довериться какой-то там птице?! Он – гроза всех южных морей. Тот, кого даже имя не произносят почтенные жители прибрежных городов! Но теперь нужно было добраться до суши, а уж затем думать, как отыскать и расправиться с этой нахальной птицей. Для начала, можно поколотить матроса.

Капитан посмотрел в его сторону. Тот плыл на второй лодке и усиленно работал веслом.

Через три четверти часа команда достигла берега. На востоке поднималось кроваво-красное солнце, золотившее своими лучами береговой песок и пальмы, кольцом обрамлявшие скалы острова.

Покинув лодки, команда, возглавляемая капитаном, направилась вглубь суши. Дорога все время круто шла в гору, пока наконец, не вывела их на плоскую как стол вершину. Здесь в окружении великолепной зелени, как черная пасть окаменевшего существа зияла громадная дыра – вход в пещеру. На мгновение в памяти Сизого Джо вновь всплыл разговор с Воробьем. «А что, если птица не обманула, и здесь я действительно обрету величайшее в мире сокровище?».

Без страха и сомнений он шагнул в пещеру, приказав пиратам дожидаться его снаружи. Как всегда, врожденная жадность в нем была выше предосторожностей. Очень уж не хотелось капитану делить со своими матросами золото и бриллианты, которые могли оказаться в пещере.

Свод и стены грота по которому шел Сизый Джо были гладкими, как желудочек молодого ягненка. Только тусклый свет его факела, наскоро сооруженного из палки и рубахи одного из матросов, облитой керосином, освещал дорогу. Неизвестно, сколько времени шел капитан, но только когда ему уже начало казаться, будто эта пещера проходит насквозь всю землю, проход резко сузился, до размеров корабельного люка, а потом превратился в гигантский каменный зал.

Протиснув свое огромное тело сквозь узкий проход, Сизый Джо замер на месте. Так поразило его представшее взору великолепие. Посреди зала стояли сундуки с золотом и бриллиантами, отбрасывающие разноцветные тени на потолок и стены, под светом его факела. Когда капитан, сумел наконец поверить своим глазам, он бросился к сундукам, и как обезумевший, запустил руки в сокровища, все время бормоча что-то несвязное.

Много времени прошло прежде, чем он смог прийти в себя. Факел, оставленный у входа в грот почти догорел, и его жа́ра могло не хватить даже на обратную дорогу. Только теперь, Сизый Джо понял, что в одиночку ему не удастся вынести все это из пещеры. Богатств здесь было столько, что он мог разделить их со своей командой и, каждый из пиратов до конца жизни был бы богатейшим среди всех ныне живущих людей.

Когда последний уголек рубахи на факеле догорел, Сизый Джо вышел из пещеры. Кругом было темно. По обеим сторонам дороги, прислонившись к большим валунам, спали его матросы. Капитан растолкал их:
Сколько же времени я провел внутри? – проревел он.
С самого утра мы ждем тебя здесь. И уже почти потеряли надежду, — ответил самый старший из команды пират.
Внутри я нашел великие сокровища! – нехотя проговорил Сизый Джо. – Как только рассветет, мы подстрелим какую-нибудь дичь, чтобы восстановить силы, а после отправимся в пещеру, и вынесем оттуда все без остатка.

Наутро, пока несколько пиратов, во главе с капитаном, остались охранять вход в пещеру, остальные отправились на поиски пищи. Вскоре они вернулись, подстрелив крупное животное, похожее на куницу и пуму одновременно. Приготовив животное на костре, пираты подкрепились, а после, также, как и капитан, одержимые жаждой наживы, ринулись в пещеру за сокровищами.
Несколько дней понадобилось команде, чтобы перетаскать сундуки с их содержимым на берег острова. Только когда последняя монета, вынесенная из пещеры, заиграла в лучах яркого полуденного солнца, пираты в изнеможении повалились на горячий песок. Но теперь, имея такие сокровища, каждый из них боялся заснуть крепко, чтобы товарищи не решили тайком умыкнуть его долю.

Шли дни. А пираты все сидели на берегу в ожидании судна, которое сможет забрать их с благословенного остова. Но ни разу на горизонте не появлялась даже отдаленная точка, походившая на корабль. Некоторые матросы, так сильно привязались к своим драгоценностям, что отказывались оставлять их даже для того, чтобы раздобыть пищу.

Не прошло и года, как на берегу, рядом с сундуками, наполненными всеми самыми дорогими самоцветами мира, появились высохшие человеческие фигурки, тщетно сжимавшие окаменевшими руками свои сокровища. Никого не осталось в живых, кроме самого капитана, который каждый день, без страха, продолжал уходить на поиски пропитания и пресной воды.

Много-много времени минуло с тех пор. Волосы на голове Сизого Джо поседели, а борода превратилась в длинный спутанный ворох шерсти, которым впору было укрываться по ночам.

И вот однажды, осознав свое бессилие, он решил, наконец, вернуть сокровища в пещеру. Даже если, какой-нибудь корабль и зайдет в гавань этого про́клятого острова, то матросы, наверняка, отнимут сокровища у немощного старика, в которого теперь превратился некогда грозный и могучий капитан.
Целых десять лет он медленно, камен за камнем, горсть за горстью, возвращал драгоценности в пещеру, и вот, когда последний рубин упокоился в недрах глубокой горы, опираясь на самодельную клюку, Сизый Джо выбрался наружу. Он много всего передумал за ушедшие годы. Горечь и раскаяние за свои страшные деяния теснили его грудь. Нет, он больше не хотел становиться богатым.

Но теперь в его голове зародилась другая, еще более отчаянная мысль. В последний раз, уходя на своем катере в море, Сизый Джо оставил на берегу девушку, носившую под сердцем его сына. Неужели и он, когда придет время станет пиратом, и также как отец будет нападать на проезжающие суда с туристами, беспощадно убивая старых и молодых?

Крупные слезы горечи катились по щекам дряхлого капитана. И в эту секунду случилось невероятное. Перед ним возник Воробей. Тот самый, что много лет назад принес ему злополучное письмо и сопроводил на этот роковой остров. Но капитан больше не злился на него. Наоборот, он обрадовался птице, как старому давно потерянному другу:
Зачем ты появился теперь? – устало спросил Сизый Джо.
Твое время близится, — медленно произнес Воробей. – Последние песчинки жизни наполняют чашу весов, которая скоро переполнится. Одно незавершенное дело осталось за тобой.
Какое дело? – спросил Сизый Джо, и глухо закашлялся.
Твой сын, оставленный много лет назад, уже превратился в крепкого красивого мужчину. Хочешь ли ты завещать ему эти сокровища, по праву принадлежащие твоей семье?

Капитан грустно посмотрел на птицу:
Я никогда не видел моего сына. Но вот что мне хотелось бы завещать ему… Если придет время, и он превратиться в такого же злого и кровожадного пирата, каким был и я в молодые годы, то пусть он примет это сокровище, как дар милосердия.
Воробей взмахнул крыльями, — Другого я и не ждал. Тоже самое завещал тебе твой отец, а ему его отец, и его, и его… Будь покоен грозный капитан пиратов Индийского океана. Я выполню твою просьбу.

С этими словами Воробей взмыл в небо и растворился, словно видение, в лучах яркого южного солнца.

skazachok.com

Лучшие сказки про пиратов для детей с картинками читаем онлайн 👺

сказки про пиратов

В.Г. Губарев. Трое на острове

ГЛАВА ПЕРВАЯ, в которой в мои руки попадает волшебный платок Это случилось однажды вечером, когда я читал книгу о приключениях морских разбойников. Вы, конечно, знаете, как …

Читать далее +

Джеймс Барри. Питер Пен

Глава первая ПИТЕР ПЭН НАРУШАЕТ СПОКОЙСТВИЕ Все дети, кроме одного-единственного на свете ребенка, рано или поздно вырастают. Венди знала это наверняка. Выяснилось это вот …

Читать далее +

gazky.ru

Читать онлайн книгу «Пират» бесплатно — Страница 1

Алекс Каменев

Пират

Пролог

Одинокий джип несся по ночной пустыне на большой скорости. Вокруг не было ничего кроме песка и низкого звездного неба. Водитель, который был за рулем, наслаждался такими поездками довольно часто. Каждый раз, когда была возможность. Он работал инженером в этой далекой стране уже несколько месяцев. Следил за системами безопасности на новом, недавно построенном заводе. И одним из его увлечений были такие ночные вылазки на автомобиле в пустыню. Здесь небо в ночное время было настолько близким и реальным, что казалось протяни руку и ты сможешь дотянуться до ярких звезд. А когда машина набирала скорость, то при взгляде наверх, ощущение полета среди звезд было просто непередаваемым. Ему это очень нравилось, и он старался выбираться в такие прогулки почаще.

Внезапно яркий, светящийся белый шар пересек небосвод и начал быстро спускаться вниз. А через секунду полетел низко над землей прямо навстречу джипу. Водитель резко ударил по тормозам и вывернул руль влево, стремясь уйти от столкновения. Шар двигался очень быстро. Машину занесло и она перевернулась несколько раз, пока окончательно не остановилась вверх ногами. Человек, ударившись головой, потерял сознание.

— Какие десять тысяч? Ты верно шутишь? Я же показывал тебе уровень его интеллекта. Сто пятьдесят девять единиц. Это не обычный дикий. Делать из него обычную куклу, это все равно что выбрасывать деньги в открытый шлюз. Ты же давно искал себе пилота на Спрут. Вот и бери его.

— Дикого на Спрут? Ты спятил? Я не собираюсь платить тебе пятьдесят тысяч кредитов за этот мороженный кусок мяса. Ни за что!

— Как хочешь, Орвик. Тогда я продам его кого-нибудь другому. Но продавать за десять тысяч не буду. Это просто глупость. Разве я похож на глупого человека? Он стоит больше. Не как обычные твои тупые куклы, которые дохнут через пару боев. Ты можешь из него сделать грамотного пилота марканского штурмовика-перехватчика.

— Куклам не надо платить. Они не думают и не рассуждают. Им нечем это делать — у них нет для этого мозгов. И они послушны. Как я по-твоему смогу контролировать его? Рабские ошейники подчинения не действуют на дальних расстояниях. Стоит ему сесть в перехватчик и стартовать, то будь уверен, назад он уже не вернется.

— Зачем ошейник? Сделай ему первичный цикл на память. Не нулевой, как ты обычно делаешь у кукол. Не сжигай ему мозги, а только запри его воспоминания о прошлой жизни где-нибудь далеко. А потом имплантируй поддельную личность. С полным послушанием тебя и выполнением всех твоих команд.

— Это слишком рискованно. Он может себя вспомнить и тогда я получу взбесившегося пилота марканского штурмовика. Ты хоть представляешь, что он может натворить при этом?

— А что ты хотел? Придется рискнуть. В противном случае, ты не получишь пилота для своего перехватчика. Который у тебя лежит без дела уже несколько месяцев. Куклы им управлять не смогут. Точнее смогут, но скорее всего с их обычным результатом — потерей через несколько боев. Они слишком тупы, чтобы хорошо воевать.

— Мои куклы отлично воюют.

— Конечно, и поэтому ты один из моих самых частых покупателей. Хватит нести ерунду, Орвик. Ты берешь этого дикого, чистишь ему память, ставишь марканскую нейросеть, закачиваешь базы пилота и сажаешь в марканский тяжелый штурмовой перехватчик. А потом сносишь все на своем пути. Кстати, всегда хотел спросить, а как ты умудрился достать Спрут, да еще и с полным комплектом нейросети и баз данных на пилота? Никогда не поверю, что ты смог ограбить один из их кораблей. Для этого твой кораблик слишком слаб.

— У меня отличный корабль. А где достал — не твое дело!

— Давай так, ты расскажешь откуда у тебя марканский корабль, а я тебе сделаю скидку в три тысячи кредитов. Цени, что я иногда бываю очень любопытным.

— Сорок тысяч. И не кредитом больше. Может из него получиться плохой пилот. И, так и быть, я расскажу откуда у меня перехватчик.

— Сорок пять тысяч. Как из него может получиться плохой пилот, при таком уровне интеллекта и наличием у тебя нейросети и всех необходимых баз?

— Ладно идет. Ты самое жадное существо во вселенной, какое я когда-либо встречал.

— Это ты еще не общался с налоговиками из центральных миров империи.

— Делать мне больше нечего, как общаться с этими имперскими тварями.

— Ну ладно, ладно. Успокойся. Знаю, что ты не слишком любишь империю. И я тебя отлично понимаю. И даже одобряю. Но мы отвлеклись. Рассказывай про штурмовик.

— Да рассказывать особенно нечего. Несколько месяцев назад захватили мы один тяжеловоз. Ну знаешь, такие небольшие буксиры, таскающие огромные связки из транспортных контейнеров.

— Конечно, знаю. Как вы узнали где он будет делать остановку перед очередным прыжком?

— Добрые люди сказали. За хорошую плату. В общем мы его остановили. Но пилот успел оцепить свои груз и смыться. Мы были в принципе не против, так как привести подмогу он бы явно не успел. Когда мы начали осматривать добычу, то везде оказалась тарианивая руда, как и было рассчитано.

— Неплохая добыча.

— Да, только вот чистый тарианий был бы несомненно лучше. Как бы то ни было. Мы осмотрели груз и обнаружили, что вместо заявленных пятидесяти контейнеров, там их было пятьдесят один. И в том самом лишнем контейнере, оказался штурмовик в полуразобранном состоянии, для перевозки. Вместе со всем содержимым для пилота. Начиная от полетного костюма и заканчивая базами обучения. Вот такая вот история.

— И ты понятия не имеешь, откуда он там взялся?

— Конечно не имею. Да мне и плевать на это. Думаю, что это контрабанда для какой-нибудь корпорации. Они постоянно ведут войны и им нужно оружие.

— Но зачем это делать скрытно? Любая корпорация может купить вполне официально у марканцев такой штурмовик. Не зачем это делать тайно.

— Все официальные покупки кораблей регистрируются. Может им зачем-то понадобился перехватчик без привязки к кому бы то ни было. Такой, какой никак не отследить. Да и вообще мне плевать на это. Мы будем заключать сделку или нет?

— Будем, будем. Значит этот за сорок пять тысяч, а остальные по десять, как обычно. Погрузку начнем, как только будет перевод денег. С тебя сто сорок пять тысяч кредитов.

— Отправляю. Начинай их грузить на мой корабль.

— Идет.

Спустя один год.

Система К22114Л939129. Астероидный пояс. Комплекс по добыче тариания корпорации «Астра».

Мелькнула вспышка и в пустом пространстве появился корабль черного цвета. Не смотря на его небольшие размеры, его хищные обводы, немного сплющенная форма и черные раструбы пушек под изогнутыми крыльями, выдавали в нем корабль, предназначенный для ведения боевых действий. Будь здесь и сейчас знающий человек, то он легко бы опознал в нем системного перехватчика марканского производства.

Он выпрыгнул в месте, до которого не доставала следящая станция на промышленном комплексе. Впрочем, из-за помех, которые создавали некоторые астероидные камни, этого можно было и не делать. Но пилот на борту решил перестраховаться.

Перехватчик шел на бреющем полете на высоте всего пары десятков метров над поверхностью самого большого астероида, того, на котором располагались главные управляющие корпуса перерабатывающего комплекса. Но цель пилота военной машины были не они. Он должен был уничтожить небольшую круглую постройку, чуть в стороне от них. Центр связи. Его следовало атаковать и взорвать первым, чтобы те, кто находился здесь или на астероиде, не смогли послать сигнал о помощи наружу.

Ракета с самонаведением была выпущена без малейшего колебания именно в тот момент, когда это было нужно. Взрыв, видный позади быстро удаляющегося корабля, показывал, что цель была успешно поражена. Пилот знал, что так и будет. Он никогда не промахивался.

Атака подняла тревогу и из нескольких строений на астероиде начали стартовать истребители для отражения удара. Выдвинулись и активировались боевые башни с импульсными орудиями. Все пришло в движение для защиты от нападения. Но было уже поздно. Еще одна вспышка и появляется корабль, намного больших размеров, чем перехватчик. Пиратский рейдер. С него тоже начали стартовать истребители и в космосе начался настоящий космический бой.

Со стороны защищающихся были дроны — автоматические боевые системы. Держать на добывающем комплексе людей пилотов было крайне расточительным делом. Но и оставлять без защиты такой лакомый для пиратов кусок было нельзя тоже никак нельзя. Поэтому владельцы разместили здесь беспилотные аппараты, рассчитывая, что они смогут справиться с возможной атакой.

Их противники тоже не были люди — за штурвалами пиратских истребителей сидели так называемые куклы — люди с полностью промытыми мозгами и не имеющие своей воли. В какой-то степени их тоже можно было назвать роботами.

Не смотря на кажущуюся похожесть, запрограммированные люди, все же воевали лучше, чем обычные куски металла, под управлением искинов низкого уровня. И уже через некоторое время все защитники были уничтожены. А пятнадцать пиратских истребители зависли над главным административным корпусом, откуда осуществлялось общее управление всеми находящимся здесь шахтами и самим комплексом переработки руд. Через некоторое время оттуда пришло сообщение о безоговорочной сдаче.

Пилот пиратского перехватчика, проведший первую атаку, вывернул штурвал и взял курс на рейдер. Задание было выполнено.

Вдруг рядом с астероидом вышли из прыжка два корабля. Идентификация показала, что это были сторожевые ударные имперские эсминцы. Как они тут очутились было непонятно. Шахтеры не могли успеть подать сигнал о помощи. Да и если бы успели, корабли бы так быстро не смогли бы здесь появится. Хотя причина появления имперцев сейчас была неважна. Нужно было действовать. Пилот стал разворачиваться на новых гостей.

Неожиданный удар откуда-то снизу встряхнул малый корабль, а пилота заставил закричать от боли. Выстрел из ионной пушки, перегрузил все системы корабля, создав напряжение, которое вылилось в сильный удар электричеством, пришедшийся прямо на пилота. Человек в кабине потерял сознание.

Но спустя несколько минут он пришел в сознание, только вот когда его взгляд теперь кардинально отличался от того, который был у него до удара. Как будто это был уже совершенно другой человек.

Вместо имперских кораблей, перехватчик взял курс на пиратский рейдер и стал атаковать его. Пиратские истребители, до этого все так же находившиеся над административным корпусом на астероиде направились на защиту своего носителя. Но они явно были не соперниками для нового противника и стали взрываться один за другим. Схватка продолжалась какое-то время, пока к нему не присоединились эсминцы, поставив окончательную точку в противостоянии и не уничтожили все пиратские силы. За исключением перехватчика.

— Итак, доктор. Вы его проверили? У него и вправду были промыты мозги, и он ничего не помнил о своей жизни? И вообще по сути был под контролем, как если бы на нем был рабский ошейник?

— Капитан, это не совсем верное объяснение. Рабский ошейник контролирует человека через боль. Их используют в основном на дальних планетах. Поэтому что это уже устаревшая технология. Сейчас для контроля используют кое-что другое. Сегодня обычно работорговцы для полного подчинения человека используют так называемый нулевой цикл. Вся личность, память и вообще все стирается из памяти. Точнее выжигается. Потом туда вкладываются определенные программы поведения. По сути людей превращают в биороботов, их называют куклами. Но захваченный пилот, это нечто другое. Это называется — первичный цикл. Его стали применять сравнительно недавно — впервые подобный случай был выявлен несколько лет назад. В этом случае память у человека не стирается полностью. Она вообще не удаляется. Личную память человека запирают в отдельном участке мозга. А вместо этого загружается другая личность. Хотя полноценным человеком это тоже трудно назвать. Но он предан своему хозяину, выполняет все его приказы без малейших сомнений. Но в то же время — он не похож на тех, кто прошел нулевой цикл.

— И что бывает, когда запертая память высвобождается?

— Первоначальная личность полностью заменяет собой фальшивую. И вытесняет ее. Память при этом вполне возможно у него так же остается и от той искусственной личности. Думаю, происходит некое слияние. Из которого появляется совершенно другой человек.

— Пират? Если у него прежняя память, он снова станет пиратом?

— Не знаю. Такое возможно. Но скорее всего нет. Хотя какие-то отрывки останутся, несомненно. Но это уже совершенно другая личность.

— А что с его навыками?

— Они остались на месте. Он пилот тяжелого системного перехватчика. Но кроме этой базы и общих знаний, никаких других навыков у него нет.

Капитан задумчиво смотрел на монитор, на который была выведен камера, где сейчас сидел единственный выживший пират. Точнее уже не пират, если верить словам доктора. Или все же пират? Капитан смачно про себя выругался. Нужно было что-то с ним делать. Он был диким, значит нужно отнестись к нему, как к простому дикому.

Приняв решение, он быстро направился в камеру к задержанному. Дверь открылась и перед капитаном имперского пограничного эсминца предстал молодой темноволосый парень. Ему было лет двадцать пять — может чуть старше. Взгляд был жесткий и твердый. Марканский костюм боевого пилота отлично шел ему. Встреться они где-нибудь в другом месте, капитан, принял бы его за пилота-гвардейца из марканского флота. Но результаты ментосканирования, которое провел доктор, говорили о другом. Это был похищенный дикий, не по своей воле превращенный в пирата.

— Добрый день. Как вы себя чувствуете?

— Спасибо хорошо. Ваш доктор обработал ожог, который я получил при попадании в мой корабль.

— Но вы остались в живых. Корабль не был подбит.

— Да, не смотря на попадание из ионной пушки перехватчик остался на ходу. Марканцы при конструировании корабля установили три раздельных систем управления и питания. Две сгорели от выстрела. Одна осталась в порядке, благодаря защите от активного ионного излучения. При этом произошла перегрузка. Защита все же не была рассчитана на такую мощность. Зато я вспомнил себя.

— И вы этому рады?

— Несомненно.

— Хорошо. Согласно законам Звездного Содружества, вы можете быть свободным. Учитывая всю ситуацию с вами, считать вас пиратом будет не совсем верным. За помощь при отражении пиратской атаки на перерабатывающий комплекс вы получаете награду — ваш системный перехватчик. Я отпускаю вас. Точнее мы довезем вас до одного из центров регистрации переселенцев, где вас оформят как гражданина империи. Это все.

Глава 1. Гражданин

Лира, одна из приграничных планет империи Арна. Я осторожно вел свой корабль на посадку на ее поверхность. Прошло неделя после того боя среди астероидов. После которого я осознал себя и вспомнил, кто я есть на самом деле. Сильный электрический удар вернул мне мою помять. Можно было даже сказать больше — вернул мне мою жизнь. Потому что до этого, я был в самом натуральном рабстве у пиратов. Причем абсолютно не помнящим себя. Ужасное состояние.

Меня звали Артемом Камовым. Я был жителем с очень далекой планеты под названием Земля. Родился в России. Жил один, близких друзей и знакомых не было. Живых родственников тоже. Я работал в одной государственной компании и занимался установкой и наладкой электронных систем безопасности. По одному из контрактов меня направили в командировку в Иорданию для оборудования системами наблюдения и контроля одного недавно построенного там завода. После, я остался для технического обслуживания систем безопасности. Когда начальство предложило это мне, то я был совсем не против. В родной стране меня ничто не держало. К тому же такая длительная командировка неплохо оплачивалась. Одним из моих увлечении в той стране стала быстрая езда по ночной пустыне. Именно в одну из таких поездок меня и похитили работорговцы. Которые потом продали меня пирату.

Когда память вернулась. Я был очень зол. Очень. Понять, что последний год ты был послушной марионеткой кого-то другого, думаю разозлило бы многих. Так что я тени сомнения напал на своих бывших соратников. Теперь они все были мертвы. А я благодаря всему этому теперь был на свободе. И направляюсь в Центр Переселенцев. Диких, как их тут называют. В настоящее время я был одним из них, пока не легализуюсь и не получу имперское гражданство.

Я приземлился прямо на посадочной площадке около Центра. Моя Лилу выделялась среди остальных флаеров, шаттлов, ботов и малых кораблей, которые там присутствовали. Военный корабль никогда нельзя спутать с гражданским судном. Да, я дал кораблю имя. Почему женское? Потому что установленный там искусственный интеллект общался женским голосом и мне показалось это самым подходящим именем для корабля.

Впрочем, я и сам выделялся среди тех, кто ждал своей очереди в этом центре. Черно-красный марканский боевой костюм пилота смотрелся чужеродно в толпе обычных людей. Либо одетых в желтые комбинезоны — это похоже были бывшие, освобожденные рабы. Либо в бедную одежду фермеров с дальних миров. Которые при помощи гражданства рассчитывали переселиться в какие-нибудь миры поближе. Все они подозрительно косились на меня.

Вскоре всем им будет установлена стандартная нейросеть с минимальным объемом знании и обычный имплант, для выполнения простейших действий. Дело в том, что без всего этого жить в этом мире было просто невозможно. Все происходило через сеть. Оплатить счет, сделать звонок, получить какую-то информацию — все это можно было делать, не прибегая к каким-то посторонним устройствам. Небольшое усилие и прямо перед глазами возникнет меню, через которое можно осуществлять множество действий. Этакий Интернет в голове. Только его функции и возможности здесь были во много раз больше.

Нейросети были обычные и специализированные. Обычные были у всех людей. Поголовно у всех. Они ставились бесплатно. Специальные нейросети устанавливались для овладения какой-либо профессией. Пилот, доктор, инженер — всеми этими специальностями можно было овладеть почти мгновенно. Базы знаний устанавливались через имплант прямо в мозг. Правда для полного освоения нужна была практика. Но все равно, все происходило в тысячу раз быстрее, чем это было на Земле.

Правда был один нюанс — уровень интеллекта. Это был основной показатель при овладении какой-нибудь профессией. Если человек был глуп, то просто так стать, например, инженером он бы не смог. Были импланты, которые увеличивали количество интеллекта, но они стоили очень дорого. Смысла прокачивать какому-нибудь бедняку его мозг, чтобы сделать из него, скажем, доктора, с экономической точки зрения, не было никакого. Но если у человека были способности, то с ним могли заключить контракт на установку профессиональной нейросетью. Стоимость, которой он будет отрабатывать в дальнейшем в той компании или корпорации, которая оплатит эту нейросеть. Этакая кабала на несколько лет.

Мне к счастью таким заниматься не нужно было. От пиратов мне досталась специальная нейросеть с базой знаний боевого пилота. Имплант к сожалению, был обычный, не специализированный. То ли у пиратов его не было, то ли они пожалели его ставить. При помощи него можно было подключаться напрямую к кораблю. Управление шло во много раз быстрее. Часть человека, как бы становилась самим кораблем. Вполне, возможно, что они боялись, что это может каким-то образом вернуть мне память. А может была другая причина.

— Следующий. Подойдите, — миловидная девушка оторвала взгляд от монитора и посмотрела на меня. Обычная скука и равнодушие бывшее на ее лице исчезло, заменив их удивлением:

— Вы должно быть ошиблись. Это центр регистрации переселенцев, желающих получить гражданство империи Арна.

— Нет не ошибся. Я желаю пройти регистрацию в системе и получить гражданство.

— Ясно, — она с подозрением уставилась на меня. — Сканирование показало наличие у вас нейросети с установленной базой по специальности — ‘Пилот системного перехватчика-штурмовика’ шестого уровня.

— Да, это так. Я перешлю вам письмо, где капитан приграничного эсминца описывает мое положение.

Я отправил письмо, которое мне и вправду дал тот пограничник и стал ждать. Спустя минуту, она кроме чтения, видимо еще и связывалась с начальством, она сказала:

— Кастор Риз, вы прошли регистрацию сразу же минуя все опросы и тесты, в связи с вашим недавнем ментосканированием, отчет о котором был прикреплен в письме капитана эсминца. Все ваши показатели, полученные при этом были занесены в идентификационную карту. Вам присвоено гражданство третей категории. На ваше имя был открыт счет куда были переведены пять тысяч кредитов, полагающиеся всем переселенцам. В связи с тем, что у вас уже установленная нейросеть и у вас есть освоенная специальность рекомендую обратиться в кабинет С9 по поводу предполагаемой работы. Ваша карта. Номер счета я переслала на вашу почту. У вас есть вопросы? Тогда всего доброго.

Служащая протараторила все это быстро и без запинки. Должно быть сверху пришел приказ побыстрее провести оформление и выпихнуть меня отсюда. Неужели не понравилось, что я был пиратом?

А еще меня зарегистрировали под именем, которое мне дали на пиратском рейдере. Я сначала хотел было заявить, чтобы все исправили, но потом подумал, что разницы нет. Пусть будет Кастор Риз. В конце концов, я начал тут жить заново и новое имя будет вполне логичным.

Так же мне установили несколько базовых комплектов знаний, которые предоставляются всем переселенцам. Где я и нашел описание, про полученное гражданство.

Я вышел из здания центра гражданином империи Арна третей категории. Это была самая низшая ступень гражданства. Мне был запрещен доступ в центральные миры. Туда могли попасть только граждане второй и первой категории. Вторая категория присваивалась тем, у кого была какая-то стабильная работа или не менее миллиона кредитов на счете. Жизнь в центре была дороже, чем на окраинах и нищебродов там не любили. Первая категория была у граждан имеющих стабильный доход и не менее пяти миллионов на личном счету. Чтобы заработать такие деньги нужно было быть высококвалифицированным специалистом. Но чтобы стать им, нужны были умственные способности выше среднего. Если у тебя были мозги, то спустя несколько лет ты мог достичь в империи Арна статуса гражданина первой категории без всяких проблем. Я бы мог получить вторую категорию уже сегодня, если бы подписал контракт на работу с какой-нибудь корпорацией. Они с удовольствием наняли бы пилота перехватчика шестого уровня, а это был эквивалент специальности пилота малых кораблей. Тем более у меня был собственный перехватчик. Но я решил пойти по другому пути. Сейчас мне нужна была только легализация, чтобы осуществлять торговые и другие виды сделок. Без идентификационной карты хоть какого-то государства — это было бы проблематично делать на территории Содружества. Теперь же не просто пустое место, а Кастор Риз, гражданин третей категории империи Арна.

Впрочем, такая градация по уровням гражданства и предоставляемых прав, и свобод было распространено повсеместно и в других государствах, которые входили в Звездное Содружество.

Я сделал вдох и направился к Лилу. У меня действительно был план действии на ближайшее время. Дело в том, что после освобождения моей личности, память, когда я был пиратом не полностью была уничтожена. Да, какую-то часть я забыл, но многое я все же помнил. Я помнил, как стрелял по кораблям, которые пираты грабили. Помнил, как станция слежения какой-то корпорации, на которой было несколько десятков человек разлетелась на куски, когда я выпустил в упор по ней ракетами с усиленными боеголовками. Помнил, как перебил десятком плазменных выстрелов маршевые двигатели гражданского круизного корабля. И прямо сейчас помню, что при этом я не переживал за тысячи пассажиров, что были на этом корабле, а думал, что может я выстрелил слишком много раз и возможно можно было ограничиться меньшим количеством плазменных зарядов. Все эти воспоминания были мои и в то же время как бы не мои. То есть я помнил все это, но воспринимал пирата, как какого-то другого человека, чужого, который влез на время в мое тело и управлял им. Думаю, что это была защитная реакция отрицания, потому что в ином случае, мне был пришлось взять все что я натворил за год пиратства на свою совесть. А это было слишком сложно.

А еще я помнил место где была временная база капитана Орвика. Именно туда свозились грузы, перед продажей или на временное хранение. В памяти перехватчика их не осталась, а рейдер был уничтожен. Правда скорее всего эти координаты были известны капитану приграничного эсминца, который пленил меня, после проведенного ментосканирования. Но перед тем как расстаться, я слышал, что его срочно куда-то направляют. Конечно, он мог и поделиться этой информацией с кем-то еще. Но за найденное имущество полагалась награда. Так что вполне вероятно, что он сам захочет прибыть на базу и получить деньги за это. Но я собирался сделать это первым. Отдавать такой жирный куш было бы большой ошибкой. И я не буду этого делать.

Перехватчик был хорошим кораблем. Но он не мог перевозить грузы. Поэтому следовало нанять какой-то грузовой корабль, прежде чем лететь на ту базу. Я сидел внутри Лилу и просматривал в сети все свободные корабли, которые были согласны на найм. Подходящих для моей цели было немного. Были либо слишком велики и требовали большую сумму предоплаты, либо были согласны лететь только в определенные системы. Устроивший меня вариант нашелся только через час активного поиска:

«Капитан Кара Альверо. Средний грузовоз с пятью дроидами погрузчиками. Команда три человека. Быстрая доставка грузов в любую точку Содружества».

Правда она требовала предоплату в десять тысяч кредитов. Но думаю, было можно договориться с ней. Я набрал ее номер через свою нейросеть и услышал женский голос:

— Слушаю.

— Добрый день. Меня зовут Кастор Риз, я бы хотел с вами обсудить найм вашего корабля для доставки некоторого груза.

— Какой характер груза и какова точка назначения?

Я задумался. Что там оставалось на базе, когда мы улетали оттуда в последний раз? Вроде бы это были жилые модули для переселенцев, которые были захвачены с одного транспортного корабля. Было ли там еще что-то? Черт! Я этого не помнил. Что там могло быть еще? То, что масса полезного — это точно, но вот, что это было конкретно?

— Разногабаритный груз, различной формы и упаковки. Честно говоря, я пока сам толком не знаю.

— Понятно. А куда везти?

— Дело вот в чем. Давайте встретимся, и я вам объясню ситуацию при личной встрече. Идет? Уверяю вы не останетесь в накладе и хорошо заработаете.

— Хорошо. Бар ‘Три выстрела’ через час. Вас устроит?

— Да. До встречи.

Я отключился и первым делом вышел в сеть посмотреть, что это за бар. Оказалось, что это место, где обычно проводят время пилоты, наемники и тому подобная публика. Меня это полностью устраивало. Думаю, я без проблем впишусь туда.

Летать по городу на перехватчике было не слишком удобным, да и посадочных площадок для такого вида транспорта было мало. Вообще следовало перегнать его в космопорт. Но там плата за стоянку была выше. У Центра Переселенцев посадочная площадка была велика и подходила для малых кораблей, потому что сюда часто прилетали на своих кораблях из дальних миров. Поэтому я оставил Лилу здесь, правда пришлось оплатить место, так как оставлять тут свои транспорт больше чем на шесть часов без платы было запрещено. Могли запросто эвакуировать. Я про себя усмехнулся. Надо же. И здесь есть эвакуаторы. Наверно пилоты так же ругают и ненавидят их, как и водители на Земле.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28


www.litlib.net

Книга «Пират» из жанра Исторические любовные романы

Последние комментарии

 
 

Пират

Автор: Мэйсон Конни Жанр: Исторические любовные романы Язык: русский Год: 2000 Страниц: 106 Издатель: Эксмо-Пресс ISBN: 5-04-004771-1 Город: Москва Переводчик: Мольков К. Добавил: Admin 13 Июл 11 Проверил: Admin 13 Июл 11 Формат:  FB2 (304 Kb)  TXT (273 Kb)  EPUB (425 Kb)  MOBI (1701 Kb)

 

Рейтинг: 5.0/5 (Всего голосов: 1)

Аннотация

Оставив на берегу свое прошлое – любовь, женщину, которая предала его, и даже свое прежнее имя. Гай Янг становится пиратом, в сердце которого живет теперь только одна страсть, одно желание – отомстить тем, кого он считает виновниками своих бед. Но вот судьба вновь сводит его с Блисс Гренвиль, которая когда-то была его женой, и эта встреча резко меняет жизнь отчаянного пирата.

Объявления

Где купить?



Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Мэйсон Конни

Похожие книги

Комментарии к книге «Пират»


Комментарий не найдено

Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться

 

 

2011 — 2018

www.rulit.me

Читать онлайн книгу «Пираты Америки» бесплатно — Страница 1

Александр Оливье Эксквемелин

Пираты Америки

* * *

Другие названия: Карибские пираты; Пираты Карибских островов; Пираты Карибского моря.

© Аронов В., перевод на русский язык, 1968

© Свет Я., предисловие, 1968

© Оформление. ООО «Издательство «Пальмира», АО «Т8 Издательские Технологии», 2017

Предисловие

«Пираты Америки»-это долетевшее до нас сквозь века живое дыхание той эпохи, когда юный, только нарождавшийся капитализм клинками пиратских сабель энергично прорубал себе путь в Новый Свет.


В 1678 году эта книга впервые увидела свет в тесной и полутемной книгопечатне амстердамского издателя Яна тен Хорна. Ее тираж был распродан мгновенно. Вся Голландия читала «Пиратов» запоем, за эту не слишком объемистую, напечатанную колючим готическим шрифтом книгу расчетливые и прижимистые амстердамские или гаарлемские библиофилы охотно платили бешеные деньги.

В заведение Яна тен Хорна сплошным потоком шли запросы из Парижа и Кёльна, «Пиратов» из-под полы и, разумеется, втридорога продавали в книжных лавках Лондона и Мадрида, Аугсбурга и Венеции.

В 1679 году в Германии «Пираты» появились в немецком переводе, в 1681–1684 годах вышло в свет три испанских издания этой книги; англичане и французы чуть отстали от своих соседей, но в последующие полтора-два десятилетия они обогнали немцев и испанцев: Лондон выбросил в 1685–1705 годах четыре издания «Пиратов», в Париже примерно за тот же срок «Пираты» были изданы трижды.

В исходе XVII и в начале XVIII века «Пираты» пользовались в Европе огромной популярностью. Отнюдь не исключено, что саардамский плотник Петр Михайлов, он же царь всея Руси Петр Алексеевич, в часы своих коротких голландских досугов перелистывал желтоватые страницы тенхорновского издания «Пиратов». Во всяком случае именно в петровское время несколько экземпляров этой книги появилось в Петербурге и Москве. Любомудрам и книгочиям петровского и екатерининского времен «Пираты» были ведомы; в век Державина и Карамзина готовился перевод «Пиратов» на русский язык[1], но книги имеют свою судьбу; и так уж сложились обстоятельства, что только спустя три века после рождения этого древнего бестселлера его русское издание увидело свет.

И надо сказать, что это, пусть и запоздалое, издание выходит на советский книжный рынок весьма своевременно. Именно сейчас, в эпоху полного крушения колониализма, это правдивое сказание о временах его кровавого расцвета приобретает огромную обличительную силу. Подобно шекспировской леди Макбет современный колониализм стремится стереть и замыть следы своих былых злодейств. Однако наряду с другими нелицеприятными свидетельствами давно минувших времен книга о пиратах Нового Света лишает смысла все попытки такого рода.

Пиратский бизнес был неразрывно связан с заморской экспансией. Сокровища, добытые в жестоких абордажных стычках, стекались в кладовые и сейфы лондонских и амстердамских банков. Чернознаменный промысел в антильских и индийских морях убыстрял темп первоначального накопления, содействовал стремительному росту новой, капиталистической формации.

Пираты и работорговцы были ее акушерами, с их кипучей деятельностью сопряжены и пора ее младенчества, и время ее юности и зрелости.

И книга, появившаяся на свет в 1678 году, как раз в ту эпоху, когда колониальные державы Европы осуществляли планы широчайшей экспансии в Новом Свете и на Среднем и Дальнем Востоке, содержала весьма точные и весьма объективные сведения о деятельности антильских пиратов, этих лоцманов и лазутчиков колониализма.

Позже, в XIX и XX веках, «пиратская» тема заняла видное место в западноевропейской и американской литературе. Авторы классических романов и повестей пиратского жанра отдали щедрую дань романтике черного стяга. Фенимор Купер и капитан Мариет, Райдер Хаггард и Саббатини, обращаясь к «Пиратам Америки» как к надежному первоисточнику, усердно наделяли разбойников с больших морских дорог чертами рыцарственности и вольнолюбия.

Спору нет, попадались среди пиратов прекраснодушные бунтари и рыцари без страха и упрека. Однако истинную атмосферу пиратского промысла автор изданной Яном тен Хорном книги передает гораздо правдивее, чем его преемники. И если мы, удовлетворяя ненасытные и вполне справедливые требования любителей приключенческой литературы, даем зеленую улицу Хаггарду и Саббатини, то тем с большим основанием нам следует обратиться к книге, которая была и поныне остается главным и непосредственным источником информации о «золотом веке» морского разбоя.

О самом этом разбое, о причинах, которые вызвали бурный расцвет пиратского промысла в тропических морях Нового Света, и о героях книги, ставшей столь популярной во времена Даниэля Дефо и Джонатана Свифта, вряд ли, однако, уместно говорить, прежде чем читателям не будет представлен автор «Пиратов Америки».

Задача эта не из легких. На первый взгляд решается она просто. На титульном листе тенхорновского издания 1678 года указано, что «Пираты Америки» написаны А. О. Эксквемелином. Сам автор сообщает, что в 1666 году он поступил в качестве хирурга на службу во Французскую Вест-индскую компанию и на одном из ее кораблей отправился на Антильские острова. Там он пробыл семь лет и за это время трижды попадал в рабство, посетил все главные гнезда пиратов на островах Карибского моря и участвовал в походе «короля» морских разбойников Генри Моргана на город Панаму. Судя по всему, автор был соотечественником тен Хорна: писал он на голландском языке, но никаких примет, которые могли бы указывать на иноземное происхождение автора или хотя бы на длительное пребывание в странах, лежащих за рубежами Нидерландов, в книге усмотреть не удается.

Между тем испанский переводчик «Пиратов» дон Антонио Фрейре в своем предисловии к изданию 1681 года писал, что автор этой книги по национальности француз. Фрейре слегка изменил при этом фамилию автора (Эксквемелин превратился у него в Эсквемелинга) и тенхорновские инициалы А. О. вытеснил прописной буквой хотой.

Спустя четыре года английский переводчик, который располагал и тенхорновским изданием, и изданием, подготовленным Антонио Фрейре, объявил автора «Пиратов» фламандцем и назвал его Джоном Эсквемелингом.

По-видимому, транскрибируя имя автора, английский переводчик следовал испанской традиции, но он по каким-то соображениям отверг испанскую версию о происхождении Эксквемелина.

Французский переводчик «Пиратов» Жан Фронтиньер в 1686 году разъяснил дело на свой лад и окончательно тем самым его запутал. Фронтиньер, упомянув, что автор «Пиратов» ему известен лично, сделал его своим соотечественником. При этом во французском издании автор был назван Александром Оливье Эксмелином (Oexmelin). Фронтиньер сообщил также, что автор «Пиратов» трижды посетил Америку, причем первый раз он плавал туда, состоя на голландской службе, а во второй и в третий раз побывал в Новом Свете по поручению испанских властей.

Немцы в эту путаницу внесли свою лепту: в немецком издании 1679 года они назвали автора «Пиратов» А. О. Нюрнбергом, а спустя сто двадцать четыре года в одном из очередных переиздании присвоили ему имя Иосиф.

Немецкий вариант имени автора «Пиратов» – плод чистейшего недоразумения. Но формы Эксквемелин, Эсквемелинг, Эксмелин объяснимы в куда меньшей степени. Это и не голландские, и не французские, и не фламандские фамилии. Вообще ни в одной стране мира подобные именные звукосочетания немыслимы. Автор явно предпочел укрыться под псевдонимом, и к тому же под псевдонимом весьма странным.

Голландские исследователи не без основания предполагают, что автор «Пиратов» был их земляком. Тому свидетельство язык книги. Правда, тен Хорн располагал кадрами отличных переводчиков, и они могли довести до совершенства любой французский оригинал. Но как раз то обстоятельство, что текст книги не причесан и не отполирован и к тому же пестрит вульгаризмами, свойственными коренному уроженцу центральных провинций Нидерландов, лишает силы гипотезу о переводном характере «Пиратов». Фламандская версия также отпадает, поскольку в тексте книги «фламандизмы» совершенно отсутствуют. Подобного эффекта не смог бы добиться ни один редактор тенхорновского заведения, да и вряд ли бы издатель стал очищать от фламандских привесков рукопись автора, поскольку читатель-голландец в такой чистке не нуждался: фламандские диалектизмы были ему понятны.

Все эти соображения вполне основательны, но они тем не менее не дают еще возможности установить, кто же, собственно, был автором «Пиратов»[2].Вопрос этот и по сей день остается открытым, однако нам представляется весьма перспективной одна чрезвычайно интересная и любопытная гипотеза, выдвинутая лет сорок назад голландским историком Хогеверфом и поддержанная автором предисловия к голландскому изданию 1931 года Константом Ван Вессеном[3].

Хогеверф и Ван Вессен полагают, что «Пираты» были написаны и переданы тен Хорну голландским путешественником и писателем Хендриком Смексом (1643–1721 гг.). Смекс, побывав в ранней молодости на берегах Западной Австралии и на Яве, а в 1666–1673 годах, то есть как раз в то время, когда совершались те грандиозные пиратские походы, о которых писал Эксквемелин, странствовал в американских землях.

Смекс теснейшим образом был связан с фирмой тен Хорна, и у сына Яна тен Хорна, Николаса, издал в 1708 г. свою книгу «Описание могущественного королевства Кринке Кесмес», в которой повествуется об одном населенном вполне цивилизованными индейцами острове в тропической Америке[4].Хогеверф полагает, что при перестановке слогов и замене двух букв псевдоним Эксквемелин может быть прочитан как испанизированная форма имени и фамилии Смекса (Энрике Смеекс), и, хотя подобная расшифровка и вызывает некоторые сомнения, нельзя не признать, что в век, когда многие авторы по тем или иным причинам охотно скрывали свои истинные имена, такая метаморфоза была вполне возможна[5].

Так или иначе, несомненно одно: автор «Пиратов» безусловно в конце 60-х и в начале 70-х годов XVII века побывал на Антильских островах и в Центральной Америке и о морских разбойниках тех мест писал основании своего личного опыта и тщательнейших наблюдений.

В силу этого его книга обладает неоценимым достоинством: она достоверна от первой до последней строки. Кем бы ни был этот таинственный Эксквемелин – голландцем или французом, хирургом или моряком, тайным агентом Генеральных Штатов Нидерландов или искателем приключений, на свой риск и страх пробравшимся в пиратские станы, – все его описания точны и соответствуют действительности. И уже не вина автора, если порой эта действительность фантастичнее самого необузданного вымысла…

* * *

В 1492 году Христофор Колумб открыл первые земли Нового Света – Багамские острова, Кубу и Эспаньолу (Гаити). А спустя полвека во владении Испании оказались вся Центральная Америка и Мексика, северные берега Южноамериканского материка и широкая полоса земель вдоль западного его края, которая, захватывая поднебесные гряды Анд, тянулась от Карибского моря до холодных южночилийских лесов.

В Мексике и в стране инков Перу были открыты колоссальные залежи золота и серебра. С 1535 по 1660 год испанцы вывезли из Америки драгоценных металлов на три миллиарда рублей. Вероятно, и половины этой суммы не дали к середине XVII века все копи Старого Света за все время их существования.

По самым скромным подсчетам, пять или шесть миллионов индейцев – половина коренного населения Нового Света – погибли за первые полтораста лет испанского господства, причем значительная часть исконных обитателей американских земель вымерла на горной каторге, в рудниках Мексики и Перу.

Выкачивая несметные богатства американских недр, испанские колонизаторы создали и ввели в действие систему всеобщего ограбления своих заморских владений.

Основой основ этой системы была жесткая монополия на торговлю с Новым Светом. С начала XVI века право на торговые сношения со всеми заокеанскими землями имел единственный испанский порт – Севилья. По ту сторону Атлантики этим правом пользовались только две гавани – Веракрус в Мексике и Пуэрто-Бельо на северном, атлантическом берегу Панамского перешейка[6].

Из Веракруса вывозились мексиканские товары и мексиканское серебро, через Пуэрто-Бельо поступали в Испанию драгоценные металлы из Перу. Перуанское золото и серебро сперва привозилось в Панаму, расположенную на тихоокеанском берегу одноименного перешейка, а затем на мулах доставлялось в Пуэрто-Бельо.

Тем же путем, то есть через Панаму и Пуэрто-Бельо, шли в Испанию товары из Парагвая и Буэнос-Айреса. Испанские власти предпочитали кружной путь – через Перу и Панаму – прямой морской дороге, ведущей из устья Ла-Платы в устье Гвадалквивира, ибо этот кружной маршрут отвечал железным правилам монопольной торговли с Новым Светом.

Раз-два в год из Севильи в Америку отправлялась особая флотилия – несколько десятков торговых судов под охраной боевых кораблей. Порядок следования этого Золотого флота (так в Испании назывались трансатлантические караваны) был установлен на века и никаким изменениям не подлежал.

Постоянны и нерушимы были маршруты Золотого флота. Из аванпорта Севильи – гавани Сан-Лукар-де-Баррамеды Золотой флот шел на юг, у Канарских островов или у островов Зеленого Мыса брал курс на запад, пересекал Атлантику и либо вдоль цепочки Малых Антильских островов, либо через Багамский канал выходил к Гаване, а затем часть его кораблей направлялась в Веракрус, а часть в Пуэрто-Бельо. Суда, идущие в Пуэрто-Бельо, по пути останавливались в гавани Картахена на северном побережье Южноамериканского материка (эта часть Южной Америки у испанцев носила название Tierra Firme, или Материковая земля).

Нагрузившись в Веракрусе и Пуэрто-Бельо серебром, золотом и прочими дарами Нового Света, корабли шли к Гаване. Там обе флотилии соединялись и через Багамский канал выходили из Карибского моря на простор Атлантики. В обратном направлении Золотой флот пересекал океан в струе Гольфстрима на широте Азорских островов.

С 1537 года в Испании действовало строжайшее правило: ни один торговый корабль не должен в одиночку пересекать Атлантику.

Еще в первом десятилетии XVI века испанская корона закрыла всем иноземным кораблям доступ в моря, омывающие ее заокеанские владения. Этим запретом испанские власти надеялись оградить природные сокровищницы Нового Света от нежелательных конкурентов и поставить под жесткий контроль вывоз из них драгоценных металлов в метрополию.

Первое время система запретов и монополий действовала отлично. И объяснялось это тем, что на великие морские пути, ведущие в Америку и Индию, Испания и ее соседка Португалия вышли куда раньше, чем все прочие державы Европы. Недаром в 1493 году папа Александр VI поделил весь подлунный мир между Испанией и Португалией, а в 1494 году обе эти державы заключили соглашение о демаркации сфер своих грядущих захватов. Демаркационная линия 1494 года рассекла от полюса до полюса всю Атлантику. Все, что лежало к востоку от нее, должно было принадлежать Португалии, все, что к западу, – Испании. И когда спустя несколько десятилетий определились контуры земель, открытых в Новом Свете и на восточных рубежах Азии, в «испанской» половине земного шара оказалась вся Америка, за исключением ее бразильского выступа, а в португальской – Бразилия, Африка и Азия.

Но уже в первой четверти XVI века этот самочинный испано-португальский раздел мира вызвал резкие протесты у морских держав Европы.

Французский король Франциск I настойчиво просил королей Испании и Португалии указать ему, где, когда и при каких обстоятельствах Адам завещал этим монархам право на раздел земного шара. Беседы о завещании Адама Франциск I подкреплял некоторыми, и при этом весьма существенными, акциями. С его ведома французские пираты вышли на морские пути Атлантики и начали охоту за испанскими кораблями. В 1522 году эти пираты захватили на большой морской дороге сокровища мексиканского властителя Монтесумы, которые завоеватель Мексики Кортес отправил из Веракруса в Севилью.

Вслед за французами в игру вступили англичане. В Лондоне прекрасно понимали, что нити, связывающие Испанию с ее заморскими владениями, не так уж трудно оборвать или перерезать.

Английские пираты уже в 60-х годах XVI века нанесли чувствительные удары Испании. А в 1572 году удачливейший английский морской разбойник Френсис Дрейк высадился на Панамском перешейке и перехватил на сухопутье караван с перуанским серебром. В 1577–1580 годах Дрейк совершил кругосветное плавание и по пути разорил и опустошил множество чилийских, перуанских и центральноамериканских гаваней. Этот вояж дал ему четыре тысячи семьсот процентов чистой прибыли, причем львиную долю добычи получила английская королева Елизавета, которая была пайщицей пиратской фирмы Дрейка.

В 1588 году после гибели у берегов Англии Непобедимой Армады морская мощь Испании была окончательно подорвана. И с конца XVI века английские, голландские и французские пираты при прямом покровительстве королей Англии и Франции и властей Нидерландской республики все чаще и чаще начинают вторгаться в подбрюшье испанской колониальной империи – в земли и воды Карибского бассейна.

Если бы пиратам удалось твердо обосноваться на тех или иных островах Антильского архипелага, то под угрозу были бы поставлены все операции Золотого флота. Ведь, отсиживаясь в надежных убежищах, совершая частые вылазки из баз, лежащих неподалеку от Гаваны и Веракруса, Пуэрто-Бельо и гаваней Материковой земли, пираты могли постоянно нарушать всю систему перевозок драгоценных металлов, причем эти акции сулили бы им баснословные барыши.

По многим причинам такая пиратская экспансия была чрезвычайно выгодна державам – конкурентам Испании. И Англия, и Франция, и Нидерланды часто вели с Испанией войны, но в силу взаимного соперничества этих держав им не удавалось завершать успешные боевые операции отторжением сколько-нибудь крупных владений испанской короны.

Кроме того, в периоды порой довольно длительных пауз между очередными войнами эти державы волей-неволей вынуждены были воздерживаться от территориальных захватов.

Однако на пиратов нормы международного права и правила дипломатической игры не распространялись. Англия могла лет десять или пятнадцать жить в мире с Испанией, но английские пираты при тайном попустительстве британских властей невозбранно нарушали границы испанской колониальной империи, пускали ко дну испанские суда и захватывали большие и малые острова в антильских морях.

В итоге к 1660 году частично в результате поражений, понесенных в войнах с Англией, Францией и Нидерландами, частично по причине пиратских набегов и захватов Испания утратила почти все свои островные владения в Карибском море. Во власти испанской державы осталось в сущности лишь два острова – Куба и Пуэрто-Рико. На Эспаньоле, этой жемчужине испанской короны, кое-где все еще стояли испанские гарнизоны, но все внутренние области острова и большая часть его западного побережья попали в цепкие руки пиратов.

В 1639 году французские пираты захватили островок Тортугу, лежащий у северных берегов Эспаньолы, у самого входа в Багамский канал. Тортуга стала важнейшей пиратской базой в Карибском бассейне. Внутренние же районы Эспаньолы превратились в огромную пиратскую ферму. Охотники и скотоводы Эспаньолы вели заготовку мяса для пиратских флотилий. Без солонины с острова Эспаньола пиратам и война была бы не в войну. На местном наречии (пираты говорили на странном англо-франко-голландском жаргоне) солонина называлась буканом, и пираты, постоянные ее потребители, присвоили себе кличку буканьеров[7].

Пиратские гнезда, не всегда, впрочем, постоянные, были также на острове Санта-Каталина (Провиденс), у берегов Центральной Америки, на острове Невис (Малые Антильские острова), а с 1655 года, после того как Англия захватила у Испании Ямайку, этот большой остров стал, пожалуй, еще более важной пиратской базой, чем Тортуга.

Во всех этих пиратских «республиках» во второй половине XVII века обитало тысяч двадцать-тридцать буканьеров, и приток новых поселенцев возрастал на протяжении всей этой эпохи.

Пиратские и полупиратские острова лежали по соседству с английскими, французскими и голландскими колониями, которые в 20–50 годах XVII века возникли на Малых Антильских островах и на Ямайке.

Эти англо-франко-голландские острова превратились в сплошную сахарную плантацию. Король-сахар вытеснил все прочие тропические культуры, а его победное шествие сопровождалось стремительным ростом плантационного хозяйства, основанного на рабском труде[8].

Главная английская сахарная колония – остров Барбадос – в 1645 году насчитывала свыше одиннадцати тысяч мелких белых фермеров и пять тысяч восемьсот негров-рабов. А в 1667 году здесь было 745 крупных плантаторов и 82 000 рабов.

Разоренные белые фермеры уходили к пиратам на Тортугу и Эспаньолу, туда же бежали со «сладкой каторги» черные и белые рабы. Поэтому национальный состав в пиратских поселениях был очень пестрым. Преобладали англичане и французы, часто попадались голландцы, довольно много было негров и мулатов.

Буканьерская вольница осела в непосредственной близости от сахарных колоний, однако сколько-нибудь серьезной опасности для колониальных властей и плантаторов пираты не представляли.

Организаторы пиратского промысла направляли кипучую энергию этой вольницы отнюдь не на освободительную борьбу против сахарных магнатов. При поддержке английских, французских и голландских губернаторов сахарных островов пиратские боссы вели охоту на корабли Золотого флота, попутно опустошая прибрежные селения в испанских владениях.

Такое направление пиратского промысла было крайне выгодно и губернаторам, и высоким властям в Париже, Лондоне и Гааге, и английским, голландским и французским купцам и банкирам, прямо или косвенно связанным с пиратскими вожаками.

Действия пиратов ослабляли испанскую колониальную империю, расшатывали ее устои и приносили немалые барыши людям большого бизнеса.

Своего апогея эта деятельность достигла в 60-70-х годах XVII века, то есть именно в ту пору, когда Эксквемелин посетил их главные базы.

Пираты так основательно оседлали антильские морские пути, что порой совершенно прерывали сношения Испании с Кубой, Мексикой и Южной Америкой. Так, о смерти короля Филиппа IV его заморские подданные в 1665 году узнали спустя семь месяцев после того, как прах венценосца был похоронен в Эскуриале.

Порой Золотой флот так и не доходил до берегов Испании – пираты, выхватывая из этой армады свои жертвы, уничтожали ее по частям. А такие операции удавались им отлично. На берегах Тортуги, близ мелких островов у южного побережья Кубы, в Багамском канале у пиратов было множество тайных убежищ, и там они устраивали засады, а из этих засад совершали быстрые набеги на длинные, неповоротливые и трудноуправляемые караваны Золотого флота.

У Эксквемелина подобного рода операции описаны превосходно, со знанием дела.

60-е и 70-е годы XVII века – этот, если можно так выразиться, эксквемелиновский этап в истории антильских пиратов – отмечены пиратскими акциями беспрецедентного масштаба и неслыханной дерзости. Набеги на испанские города, лежащие на Американском материке, приобретают в эту пору характер больших военных кампаний. Захват Маракайбо и Гибралтара (южноамериканского) сперва Олоне, а затем Морганом и особенно панамский поход Моргана – события чрезвычайно важные и знаменательные. По существу они явились свидетельством полного и трагического бессилия Испании и вопиющей бездарности испанских колониальных властей и испанских вое- и градоначальников.

Кампании эти Эксквемелин описывает великолепно, создавая у читателей зримое представление и об обстановке в Испанской Америке, и о боевой тактике наиболее выдающихся пиратских вожаков.

Пожалуй, только один-единственный раз последователям Олоне и Моргана удалась операция такого масштаба. В 1683 году фламандец Ван Хорн, посадив на свои корабли тысячу двести пиратов, предпринял набег на несметно богатый Веракрус и взял там добычу, не уступавшую панамским призам Моргана.

Но поход Ван Хорна относится уже к эпохе упадка пиратского промысла. В конце XVII века деятельность антильских пиратов начала внушать опасения Лондону, Версалю и Гааге. Мавр сделал свое дело: мощь испанской империи была подорвана окончательно и великие европейские державы не нуждались уже в услугах чернознаменных союзников. После Утрехтского мира (1713 г.), завершившего двенадцатилетнюю войну за испанское наследство, обстановка в Карибском море резко изменилась. Франция взяла на себя роль опекуна Испании, Англия, в том же Утрехте, обеспечила себе долю в испанском наследстве: она получила право «асьенто» – ввоза черных рабов в испанские владения и право на торговлю в некоторых гаванях Испанской Америки, и в частности в гавани Пуэрто-Бельо. Для реализации этих вырванных силой привилегий надо было ввести в русло избыточную энергию буканьеров и флибустьеров.

И многопушечные английские и французские фрегаты стали на стражу морских дорог Золотого флота. Пиратский промысел увял, и хотя и не угас окончательно, но златые дни панамской авантюры Моргана ушли в далекое и невозвратное прошлое.

Если обладателем псевдонима Эксквемелин действительно был голландский странствующий сочинитель Хендрик Смекс, то ему довелось дожить до поры заката антильского флибустьерства.

* * *

Мы уже отмечали, что книга Эксквемелина – исторический источник исключительной важности. Возвращаясь к этой «библии пиратской литературы», особо подчеркнем, что она отличается поразительной объективностью. В отличие от авторов последующих времен, подвизавшихся на поприще «пиратской» беллетристики, Эксквемелин не был романтиком.

И беспощадная ясность этой книги, предельно насыщенной богатейшей и тщательно выверенной информацией, позволяет истинной мерой оценить действия и помыслы антильских рыцарей наживы. Порой отчетливо и резко прорисовываются на страницах эксквемелиновской книги фигуры этих паладинов чистогана. Рок Бразилец, грубый, неотесанный, бешеный, словно фурия, герой дерзких набегов и диких кутежей, показан автором во всем его скотоподобии; так же остро и точно описан один из наиболее удачливых пиратов эксквемелиновского времени – Франсуа Олоне. Вот яркий штрих, который характеризует этого отважного изверга лучше многостраничных описаний: «Уж если начинал пытать Олоне и бедняга сразу не отвечал на вопросы, то этому пирату ничего не стоило разъять свою жертву на части, а напоследок слизать с сабли кровь». Этот же Олоне избирал для очередных набегов города, закрепленные наилучшим образом, ибо, чем крепче были стены обреченных на разорение городов, тем большую добычу можно было взять на их пепелище.

Но особенно удачны в книге Эксквемелина главы, посвященные Генри Моргану. Этот, выражаясь пушкинским языком, «полумилорд-полуподлец» дан во всей своей красе. Морган внушает восхищение своей дерзновенной отвагой (достаточно вспомнить его блестящую победу над куда более могущественным противником в горле лагуны Маракайбо), Морган вызывает омерзение своими изощренными жестокостями, Морган вновь пленяет читателя поистине гениальным замыслом Панамского похода и вновь его разочаровывает в той главе, где описываются его безуспешные и совсем не кавалерственные попытки покорения испанской пленницы.

1 2 3 4 5


www.litlib.net

Сказки про пиратов и пиратские истории

 

Сказки Всем

  • Главная
  • Беатрис Поттер
    • Сказка про Питера-кролика
    • Сказка про Джемайму Плюхвводу
    • Повесть про мистера Джереми Фишера
    • Повесть о Бельчонке Тресси
    • Сказка про котенка Тома
    • Повесть про Бенджамина Банни
    • Балет Беатрис Поттер
    • Мультфильмы
    • Повесть о миссис Мыштон
    • Портной из Глостера
    • Сказка про Джонни Горожанина
    • Пампушата — сказка про кроликов
    • Ухти-Тухти
    • Сказка про Джонни Горожанина
  • Ежевичная поляна
    • Летняя история. Свадьба
    • Осенняя история
    • Зимняя история
    • Весенняя история
    • Детки Поппи
    • Высокие холмы
    • Морское путешествие
    • Мультфильмы
    • Потайная лестница
  • Сказки Сутеева
    • Мешок яблок
    • Мультфильмы
    • У меня пропал щенок
    • Палочка-выручалочка
    • Под грибом
    • Кто сказал мяу?
    • Цыпленок и утенок
    • Три котенка
    • Лесной плакунчик
    • Яблоко
    • Дядя Миша
    • Другие сказки
    • Кот-рыболов
    • Раз, два — дружно!
    • Капризная кошка
    • Это что за птица?
    • Мы ищем кляксу

www.skazkivcem.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о